Женская эмигрантская проза

Женская эмигрантская проза

Мимолетные встречи

***

Взяла, как обычно, собаку и отправилась на прогулку. Если перечесь дорогу, то попадаешь в другое коммюнити – оно ближе к реке и там интереснее дома. Более обжитое, слившееся с природой. На улицах пустынно, и это радует – ничто не мешает собственным мыслям. Особенно хорошо около пирса, возле которого покачиваются яхты со спущенными парусами. Ветерок с реки освежает, в воздухе привкус соли – недалеко океан. Мы идем с псиной вдоль домов, равнодушно поглядывая по сторонам. Как вдруг взгляд натыкается на пожилую леди в темной курточке, вышедшей проверить почту. Дежурная улыбка, хэлло, подумаешь, старушка-пенсионерка. Развернувшись в конце улицы, идем обратно. А она тут как тут – уже с собачкой, маленькой, гладкошерстной. Собаки тут же завертелись вокруг друг друга, моя пушистая вести и эта беленькая, с коричневыми пятнышками.

- Долли.
- Коко.

Так мы представились, и пошли вместе, разговаривая о том, о сем. Живет старушка, оказывается, здесь давно - с пятидесятых годов, когда они переехали из Нью-Йорка. Дом они построили сами.

- Замечательное коммюнити. Когда ты болен, соседи приходят, навещают тебя, - сказала она.
- Наверное, именно это делает коммюнити настоящим. Не просто дома, - ответила я.

Что носится такого в воздухе, когда люди разных культур начинают разговаривать о близких предметах? Моя собеседница рассказала, как она пыталась найти какие-то следы, документы о том периоде, когда ее отец попал в Нью-Йорк тринадцатилетным парнишкей. Его семья осталась в Литве, а его просто посадили на корабль и отправили – подальше от имперской армии. Ее бабушка и дедушка с маминой стороны из Польши. Это все, что она знает. Я знаю немногим больше о своей семье – после многих часов, проведенных в архиве родного города. И на ее полувопрос-полувосклицание: Как же передать семейные традиции детям, когда ты их не знаешь? Я не знала что ответить.

- Наверное, надо начать сначала, сказала я.

Оголенные родовые корни подсушит ветер, обмоет дождь, закалит солнце – зацепившись за подобие почвы, мы устремим все жизненные силы на выживание. Попытка воссоздать историю заполняет образовавшийся вакуум, пробел в собственной памяти. Моление о прошлом.

Мы приближаемся к реке. Спускаем собак с поводков. Они носятся, нюхают траву, но стараются держать нас в пределах обозрения. Оторваться боязно, ведь даже за тем деревом уже начинается незнакомая территория. Трава у реки влажная, и пора сворачивать на дорогу. Пожилая леди спрашивает, где я живу, чем занимается мой муж.

- Там когда-то был лес, в котором жили олени, - говорит она про наше коммюнити. – Совсем недавно его построили, лет тридцать назад.
- Как Вас зовут, - спрашиваю. Пора идти.
- Elaine. Отвечает она, и мне становится смешно:
- А меня Елена. Мы обнимаемся, и почему-то на моих глазах появляются слезы.

***

- Не хочешь со мной проехаться к одним клиентам после ужина? Сказал мой муж как-то.
- ОК. Ответила я. Всегда интересно посмотреть новых людей и дома.

Дорога вела вдоль еле угадываемых в темноте полей, которые сменялись лесом. Изредка попадались большие фермерские амбары. Мы проехали Аннаполис, оставили позади Лондонтаун. Так странно, что в Америке все еще есть необжитые места. Наконец мы заехали на заставленную жилыми домами улицу, свернули в проулочек и въехали во двор.

– Не удивляйся, - сказал мой муж. А было чему – рядом с домом темнела на распорках лодка, такая странная среди зимы, без спутницы-воды. Перед домом валялилсь гигантские пни, остатки распиленного дерева, каждый выше и шире чем я.
На наш звонок открылась дверь, и едва мы успели поздороваться с хозяином, средних лет господином, как следом выбежал мальчуган – беленький как одуванчик, с любопытными глазенками.

- Hi, blondy! Сказала я, неуверенная, что так можно обращаться к особи мужского полу, даже если ей от силы лет пять.
- Hi. Сказал мальчишка и спрятался за мамы, которая появилась из-за другой двери, ведущий наверх, в спальни. После традиционного обмена приветствиями хозяйка спросила, не желаю ли я что-нибудь. Почему-то я всегда знаю, когда это искренне.
- Чашку чая. Горячего. Мы посмотрели друг другу в глаза и улыбнулись.

Мэг отправилась на кухню через гостиную с камином. А Блейк, ее сынишка, предложил мне присесть на диван, сам же уселся в маленькое креслице, видать, предназначенное только для него, и начал светский разговор:

- А ко мне приезжала бабушка, когда мне было два года.
- А сколько тебе сейчас? Поинтересовалась я.

Мэг вышла из кухни с огромной синей в крапинку чашкой, похожей на маленькую суповницу, и спросила какой чай я хочу. После того, как я сделала выбор, она спросила какой крепости – на что, посмотрев, как она окунает пакетик в дымящуюся чашку, я сказала:

- Если окунуть еще раз, то будет достаточно. Мы обе опять улыбнулись.

Оказалось, что она шесть лет в Америке. Вид на жительство ей все еще не дали, какие-то задержки из-за того, что она приехала по туристической визе и осталось. Власти не любят тех, кто меняет свои планы. Домой она с тех пор не ездила. Она спросила, чем я занимаюсь.

- Я работала преподавателем русского языка. А здесь... И вдруг я сказала, глядя ей в глаза. – Ты знаешь, я вру сама себе. Как слепая, бьюсь головой, и не знаю, что я хочу.

- Это временно. Пока голод тебя не заставит что-нибудь делать. Сказала она. И принесла альбом со своими работами – акварели и эскизы интерьера, которые она делала для богатого заказчика, когда жила в Уэльсе. Интерьеры в викторианском стиле выглядели как будто срисованные. Так странно думать, что на дворе двадцать первый век.

Появились наши мужья, уселись в кресла и мы заговорили о нашей предстоящей поездке во Флориду. Потом о проблемах с профессиональным сайтом хозяев. Блейка увели спать, но потом он появился, уже переодетый в пижамку, и тихонечко забрался в свободное кресло...

Когда мы наконец стали прощаться, Мэг дала мне видеокассету про Дисней Ленд.

- Возьми, тебе будет интересно. А ее муж подарил набор креплений для моих картин.

Назад мы ехали молча. Дорога была все та же, но что-то изменилось вдруг. Так всегда бывает, когда встретишь хороших людей. Тех, которые умеют давать.

Л. Берловска Прочитать об авторе

Как издать свою книгу?

Для того, чтобы издать свою книгу, не нужно искать спонсора или платить издателю. Достаточно иметь копию книги, напечатанную в обычном формате Word и минимальные знания компьютера. Все остальное сделает CafePress Self Publishing. После того, как с помощью простых инструкций вы создадите подходящий формат книги, вы сможете заказать свой первый авторский экземпляр. И книга готова к продаже! Ее печатают только в том случае, если поступил заказ от покупателя. Все заботы о пересылки книги тоже берет на себя CafePress Self Publishing. Вам же остается только получать прибыль от продажи. Вы можете зарегистрироваться на этом сайте прямо сейчас, это бесплатно. Кликните сюда и нажмите на кнопку справа "Start sellinf now". Желаем успехов!