Я - классический случай (или клинический?) познания такой любви: разрывы, приходы, уходы, обещаниям поверила – простила. Терять надежду? Никогда! Все плохие – он хороший! Подлость? Но он же любит!.. Говорит, что любит... Он – неудачливый бизнесмен, скатывающийся в алкоголизм, с грандиозными планами и полным отсутствием силы воли для их реализации, в свои 25 живущий с родителями. Она – сначала успешная студентка, потом удачливая карьеристка, успев за полгода между окончанием университета и выходом на работу родить ребенка. Потом пришла независимость, сначала финансовая, потом и психологическая. А вместе с ней и появился вопрос: почему я терплю все это? Потому что люблю, жалею или просто боюсь остаться одна?

Жалость – это многовековая традиция прощения в православии «Бог терпел и нам велел». Добавьте к этому матриархальные по сути ценности, культивируемые советским обществом, основанные на философии «суперженщины» - она, мол, и умница, и красавица, и дом – полная чаша, и на работе – ведущий специалист. Да комплекс отличницы. Да ломку стереотипов, когда отовсюду советуют, рекомендуют, нашептывают и призывают стать феминистически ориентированной личностью. Вот вам и ответ на вопрос: почему счастье так далеко.

Российские мужчины, находящиеся сейчас в брачном возрасте (20-30 лет), выросли именно в таких советских семьях, на их глазах происходили все вышеописанные феномены. И собственно с какой стати они должны думать, что в их семье все будет по-другому? А женщины, как известно, в большей степени мобильны и лучше приспосабливаются и усваивают новую ситуацию. Кроме того, известно, что чем выше уровень образования женщины, чем выше ее профессиональная квалификация, чем шире круг ее личных и общественных связей, чем более самостоятельна и независима женщина, тем выше ее требования к браку, а значит и к потенциальному партнеру по браку тоже.

Что получается: лучшая половина россиян уже не хочет жить по-старому, а сильнейшая половина еще не может отказаться от привычных отношений. Как быть? Сценарии общеизвестны: либо «я тебя слепила из того, что было, а потом, что было, то и полюбила», либо «... и отправилась за тридевять земель, искать свое счастье». И в нашем случае, сценарии сменяют друг друга (статистика инициации разводов женщинами в 7 случаях из 10 - преобладание субъективных причин расторжения брака: отсутствие общих взглядов и интересов, несоответствие характеров).

А мужчина за границей – это же совсем другое дело. Они тут ломку стереотипов уже пережили. И даже если наш соотечественник попадает сюда, он быстренько перевоспитывается под давлением большинства. В том смысле, что если на тебя каждая женщина смотрит как на человека в лучшем случае равного, а в худшем – низшего, и эгоистично преследует в первую очередь свои корыстные интересы (какая тут жалость или даже намек на сострадание?), то мужчине ничего не остается как признать ее право быть такой, какой она хочет, в качестве консенсуса в вечном вопросе взаимоотношения полов.

А что такое быть такой, какой хочешь? Это значит, пользуясь терминологией противника,  быть стервой. Потому что, почему-то идеальное представление о женщине у мужчин исключительно находится в континиумме между крайним представлением слабой женственности «босая, беременная и на кухне» и сильной женщины, на которой дом, дети, ухоженная внешность и приличный заработок, «я и лошадь, я и бык, я и баба, и мужик». Очень забавно присутствовать при попытках русских ребят завести знакомство с местными жительницами, используя традиционно русские приемы, от которых у русских девочек появился бы блеск в глазах и румянец на щеках, и видеть выражение их лиц после того, как их откровенно «отшивают». На лице написана единственная мысль: ууууу, стерва!...

Вот и получается, что подавляющее большинство русских ребят женятся на русских же девушках, а еще лучше – привозят невест из России, потому что получают от них те семейные отношения, представления о которых укоренились еще в детстве. Только немногие из них осознают, что женятся на «пороховой бочке»... Ведь женщины, как мы помним, существа адаптивные, и зерна феминизации, упавшие на русскую почву матриархата и многовековой неудовлетворенности противоположным полом, быстро всходят и приносят потрясающие по степени стервозности результаты, в сравнении с коими иностранки – сама невинность.

Maria

Январь, 2003