На Гавайи мы сьездили очень хорошо. Это был наш медовый месяц, который состоялся спустя два с половиной года супружества. У нас ведь его на самом деле не было, хоть и женились мы трижды: в муниципалимтете, в церкви и еще был большой прием на 100 человек.

Гавайи находятся на полпути до Австралии или Японии. В общем далековато, чтобы считать эти острова штатом Америки, которым они на самом деле являются. Летели мы туда 16 часов с пересадкой в Детройте. Милуоки очень маленький аэропорт и отсюда прямые рейсы на Гавайи не летают. От Детройта беспосадочный полет составил 9 с половиной часов, из которых 4 часа над территорией Америки, а остальные 5 часов над Тихим океаном. Я успела за время полета прочесть Зюскинда "Парфюмер" от начала до конца. Это оказалось символично, потому что, как только я сошла на землю в Гонолулу,  меня сразу же поразил воздух на острове. Он пахнет цветами. И не в каком-то отдельном месте, а повсюду. Мы так и прожили в запахе цветов всю неделю. На улицах растут деревья, усыпанные сильнопахнущими цветами. Из этих цветов делают венки и продают туристам, а еще на их базе построено парфюмерное производство местной фирмы. Я купила три вида их духов - Ваниль, Жасмин и Белый Женьшень. У меня то вообще аллергия на духи и все прочие искусственные запахи, а поэтому я духами никогда не пользуюсь. А вот на эти у меня нет аллергии. Наверное потому, что они имеют только один компонент.

Остров , где находится только один город - Гонолулу, называется Oahu. Я вынуждена писать все местные названия по английски, чтобы избежать искажений. Дело в том, что все названия улиц и городов обозначены на старом местном полинезийском языке, записанном латинскими буквами. Для меня было открытием, что в их языке согласные практически отсутствуют. А в связи с этим произнести названия улиц лично для нас не представляется возможным. Когда мы ездили по острову с Питером, я была штурманом и читала карту, говоря ему куда ехать. Так вот он потребовал, чтобы я прекратила пытаться озвучивать названия улиц (Hauula, Kaluanui, Lualualei и прочие в том же духе), потому что он все равно ничего не понимает, а просто говорила ему повернуть направо или налево.

Несмотря на то, что это - Америка, по улицам большей частью ходят азиаты, в основном японцы. Этим же обьясняется огромное количство японских ресторанов. Полинезийцев как таковых почти не осталось.

Мы жили в гостиннице Хилтон Хавайян Вилладж. Она стоит прямо на пляже Waikiki (Вайкики бич). Это комплекс многоэтажных зданий с прилагающейся огромной структурой ресторанов и магазинов. Сам Вайкики бич - центр местного туризма, где находятся все знаменитые мировые отели. В центре проходит торговая улица, где по вечерам прогуливаются туристы, завлекаемые огнями витрин магазинов всех знаменитых мировых стилистов.

Еще одним развлечением являются устрицы. Их там же где-то выращивают. Но не с целью сьесть, а для жемчуга. Тамошним устрицам искусственно всаживают в желудок песчинку, вокруг которой потом образуется сама жемчужина. Такая желчно-каменная болезнь у устриц. Мы, конечно, купили три устрицы по 12 долларов, которые в нашем же присутствии открыли и извлекли из мякоти устрицы по жемчужине. Мы попросили сделать мне сережки и подвеску из этого жемчуга.

За неделю нашего пребывания на острове мы успели посетить практически все пляжи острова. Мы взяли на прокат машину и каждое утро выезжали на новый пляж. Удивительно, но в зависимости от того, в какой части острова ты находишься, пляж может быть либо скалистым с огромными бурлящими темно синими волнами, либо песчаным, со спокойной изумрудной водой, где можно идти вглубь океана до полумили и вода не поднимется выше груди, как в Балтийском море.

На севере острова, где все в основном занимаются серфингом из-за постоянных огромных волн, нас предупредили, что просто купаться там запрещено. Питер пошел было постоять у края, но накатившая волна, не только его всего намочила, но и стащила у него его солнечные очки, которые так и канули в бездну.
Остров имеет вулканическое происхождение. Несколько потухших вулканов на острове являют собой достопримечательности. А один из таких кратеров затоплен океаном. В нем устроили национальный парк. Прямо в кратере развели цветных рыбок. За тысячилетия там наросли рифы. Мы туда тоже ездили купаться. Очень забавно нырять с маской и видеть толпы разноцветных рыбок прямо таки снующих у людей под ногами. Некоторые были размером с кошку, такие большие. Но они абсолютно безобидные для человека. Я правда все время боялась наткнуться на акулу. Уж очень часто пишут в газетах про откушеные руки и ноги. Правда в газетах же приободряют, что можно прекрасно жить даже и без всех конечностей, но меня это не очень убеждает. В связи с этим я никуда в даль от берега не плавала. А вот Питер ничего не боится и уплывает достаточно далеко. Мы плаваем с ластами и масками, что позволяет не только плавать, но и подныривать под рифы. Я это тоже делать побаиваюсь из-за боязни пораниться об рифы или быть укушеной их обитателями. Короче, я трусиха. Так что держусь на расстоянии как минимум метра от рифов.

Цены там такие же как в Америке. В один из вечеров мы взяли такси и попросили таксиста отвезти нас в японский ресторан. Только мы хотели посетить не те рестораны, рассчитанные на туристов и соответственно с бешеными ценами, которых по пять штук на каждой улице, а какой-то ресторан, куда могут ходить и местные. Он вывез нас за пределы Вайкики бич в очень интересный японский ресторан. Там пища едет мимо столиков по транспортеру уже на тарелочках. Официант не нужен. Мы сами снимаем тарелочки с суши с транспортера и потом платим за количество сьеденных тарелок. Каждая тарелка имеет свой цвет, а в зависимости от цвета и цену: от 1 до 2 долларов!! При таких условиях мы обьелись в тот вечер суши, как никогда в жизни. Ведь вся эта вкуснятина у тебя перед носом постоянно проплывает. Да и ведь как дешево!!

Остальные вечера мы провели в разных ресторанах, где стоимость ужина на двоих составляла около 100 долларов и выше. Зато и там мы ели лобстеров и огроменные креветки, по размерам превосходяшие даже лобстера! С завтраком ситуация обстояла приблизительно так же. Завтракать в самом Хилтоне дорого - по 30 долл. на человека. А вот выйдя на улицу, тот же завтрак составлял 10 долларов на двоих. За завтраком в Хилтоне на соседнее со мной кресло сел белый голубь. Почему-то на острове именно белые голуби живут. Сизых нет вообще. Я взялась его шугать, чтобы он улетел. Он по русски не понимает и никуда не собирается. Тогда я взялась трясти кресло, на котором он сидел. Он из-за этого только еще сильнее вцепился когтями в спинку и недобро посмотрел на меня лиловым глазом. Вдруг ко мне подбегает официантка и кричит, что я должна быть очень осторожна с голубями, потому что они очень АГРЕССИВНЫЕ!! Ничего себе дожили! Голуби опасные оказывается. Я его все таки прогнала.

Кстати, как наверное уже ясно из повествования, на острове все происходит на улице. Закрытых помещений как таковых практически нет. Мы и спали с постоянно открытым балконом. Все лобби отелей, рестораны - все под открытым небом. Подчас нет даже стен - только колонны. Постоянная погода на острове плюс 24 градуса тепла круглый год. Во время нашего пребывания было до плюс 30, и постоянный ветерок. Очень приятная погода. Вода в океане была теплая и я купалась с удовольствием. Я воообще то мерзлячка и в холодную воду не вхожу.

Мы там отмечали Пасху. Прямо в отеле была месса. Вел ее военный священник. Ведь в получасе езды - Перл Харбор (центр американского тихоокеанского флота). Мессу он вел коротенько, пересказал своими словами содержание Библии (а по правилам это должна была бы быть самая длинная месса в году, потому что все злоключения Христа на кресте и его чудесное исчезновение из гроба, которе считается воскресением, должны были быть зачитаны вслух с распределением ролей и разбивкой по голосам), а потом попросил, что если его кто нибудь встретит на пляже, не обращаться к нему :"Здравствуйте, Святой Отец!".

Для детей в отеле был устроен небольшой зоопарк из цыплят и кроликов. Один из кроликов догадался высунуть мордочку из клетки и дотянуться до вкусных цветочков, стоящих рядом в горшке, вместо того, чтобы есть насыпанные в палстмассовую мисочку комбикорма противного черно-зеленого цвета. Еще в отеле жили фламинго,  еще какие то диковинные птицы, отдельный бассейн с пингвинами и черепахами.

На этом острове расположены плантации ананасов Dole. Мы ехали вдоль полей простирающихся до самого горизонта. Ананасы оказывается не растут на деревьях, как мне почему-то всегда думалось раньше, а на малюсеньких колючих кустиках, более напоминающих колючий пальмообразный кактус, чем куст. И работают на этих плантациях слабоумные (люди с болезнью Дауна). Именно они занимаются здесь сбором урожая. Американцы этим очень гордятся, что могут таким образом трудоустраивать слабоумных. Они же работают здесь и в Макдональдсе, и во всех супермаркетах укладывают покупки в пакеты и перевозят тележки с парковки назад в магазин. Надо отметить, что их здесь еще и женят. В один из вечеров мы ходили в ресторан Hard Rock Kafe, где группа сильно накачанных даунов сидела у нас прямо за соседним столом. Мне вспомнился курорт Монтесильвано в Италии и наши российские туристы, которые орали на крик из-за соседства слабоумных.

Я купила Кристиану сувенир - трусы с надписью Hard Rock . Правда Питер возмущался, что не пристало маме покупать сыну трусы с таким девизом (тверд как камень). Но Кристиан остался очень доволен. Мы ему там же купили цветную рубашку, всю разукрашенную яркими цветами, растущими на острове.

Там же на острове мы встретили Первое Апреля. Нам позвонил шеф Питера и сказал, что авиакомпания, у которой у нас были куплены обратные билеты разорилась и что теперь неизвестно, как мы сможем выбраться с острова. Питер поверил и начал судорожно соображать, как и где достать обратные билеты и сколько нам это будет стоить. Потом вдруг он вспомнил про 1 апреля, про надувательство и мы долго смеялись.

Но его Шеф частично был прав (накаркал). Когда 3 апреля мы приехали в аэропорт, нам было не до смеха. Кампания, конечно, не разорилась и в общем все было почти благополучно, если не считать того факта, что сначала мы простояли в очереди на регистрацию более 2-х часов, потом самолет задержался по техническим причинам на 2 часа и наша следующая стыковка в Детройте из нескольких часов превратилась в 30 минут. Нам пообещали, что самолет нагонит часть времени в воздухе. Но ведь это же не такси. Не дашь лишнюю десятку и не скажешь: гони! Противная мартышка-регистраторша пообещала нам дать хорошие места , а в итоге засадила нас в самую середину ряда из 5-и стульев подряд. Так что, я и выйти не могла на протяжении всех 9-и часов полета. А еще мне особенно повезло с соседкой - толстенной бабой, которой и двух кресел было бы мало, чтобы разместиться. Она каким-то образом упихнула свои телеса под подлокотник, но они тем не менее повылезали отовсюду явно вмешиваясь в мое пространство.

Попытка пересесть не удалась, так как на борту не было ни одного свободного места. Я сама вызвалась сесть рядом с ней, потому что Питер бы рядом с ней не уместился бы никаким образом. Так что, я в итоге была как тюбик пасты, сдавленная с обеих сторон - этой жирной бабой и Питером, который хоть и не толстый, но его верхняя часть туловища не вмещается ни в какие авиакресла по причине накачанности рук и груди. Через 9 часов такого ужаса обнаружилось, что  до вылета следующего на Милуоки рейса осталось 15 минут. А посадка идет на  другом терминале. Плюс аэропорт в Детройте безумных размеров. И хоть на них установлены движущиеся тротуары и беззвучные электропоезда, расстояния нечеловеческие. Я рванула на этот рейс его останавливать. Это уже не в первый раз в моей жизни, когда мне приходится останавливать самолет. Есть героический опыт отправки туристов в Италию. Питер бежать не смог, потому что, по своему странному обыкновению, он возит с собой весь свой деловой портфель с компьютером и документами. И хоть он в него так ни разу и не заглянул за все время каникул, он счел необходимым его с собой тащить. Именно тащить, потому что он  особенно тяжелый. И получилось, что Питер, ежедневно тренирующийся на беговой дорожке в спортзале и гордящийся своими беговыми достижениями, едва ковылял. А я - противница бега как такового- понеслась на опухших за время сидения ногах на посадку. На полпути я увидела каталку. Решила развернуться и дотащить ее до Питера, а потом снова бежать на посадку. С другой стороны коридора с целью завладеть той же каталкой рванул мужичек с сумкой наперевес. Но не тут то было. Мой настрой был боевой и я успела к каталке на полшага раньше и успела за нее схватиться. Победа явно была за мной. Я в три прыжка доскакала до Питера, вручила ему каталку для его портфеля и продолжила бег. В одной руке у меня была темносиняя шляпа с огромными полями и большим цветком, в другой такого же цвета сумка с документами и деньгами. На мне был одет светлый льняной брючный дорожный костюм и малюсенький голубой топ под пиджаком. Естественно, все золотые украшения в изобилии. Описание моего гардероба в этот момент становится важным, в связи с тем, что этому последовало. Я, задыхаясь от быстрого бега, все-таки успела на посадку ровно за 5 минут до закрытия. У меня проверили купон и ... отправили на полный досмотр. Мне предложили раздеться. Осмотрели не только содержимое моей сумочки, заглянули в мою шляпу, ощупали брюки, попросили снять туфли, задрать ноги и показать, что и к моим ступням ничего тайного и террористического не прикреплено. В это время появился Питер с вопросом, что это я там делаю. А  я стою в позе «на кресте», широко расставив ноги и руки, моя грудь так и рвется из крохотного голубого топчика наружу, я эпизодически откашливаюсь, пытаясь привести мое сбитое дыхание в порядок, а черный работник ходит вокруг меня с миноискателем. Как только он понял, что мы вместе, начал жутко извиняться, срочно попихал в сумочку все ее содержимое, провел нас на рейс и через 45 минут мы приземлились в Милуоки. Я, конечно, сразу поняла, почему они меня взялись так досматривать. Здесь нетипично, когда люди одеты хорошо и опрятно с подбором стиля и цвета. А уж когда такой человек с шляпой в зубах, задыхаясь от бега, влетает на посадку в самолет за 5 минут до отправления, это уж тем более подозрительно. Так что у меня на них обиды нет. Борьба с терроризмом -  основное направление сегодняшней жизни в Америке.

Alexandra Wells

Милуоки, 10 Апреля 2002 г.